Почему-то собственное прозвище, придуманное им самим довольно давно, казалось ему забавным, а он сам, представляясь Звездным Лордом чувствовал себя героем комиксов, сошедшего со страниц детских журналов.
День Рождения



У тебя уникальные способности. Вопрос в том, сможешь ли ты подчинить их, или они подчинят тебя. Всю твою жизнь мир пытался приручить тебя. Пришло время стать свободным...
Когда-нибудь ты узнаешь, на что способен.

THE NEW PEOPLE: EVOLUTION

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THE NEW PEOPLE: EVOLUTION » Личные эпизоды » Девочки, хватит ссориться! Потом потаскаете друг друга за волосы.


Девочки, хватит ссориться! Потом потаскаете друг друга за волосы.

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Девочки, хватит ссориться! Потом потаскаете друг друга за волосы.
http://s2.uploads.ru/t/RCmtT.jpg
Дата: 20 Октября 2016 года, 01:15
Место: Нью-Йорк, США
Участники: Alessa Lindberg, James Harrell

Поздний вечер, середина октября. Еще на удивление тепло, но уже понимаешь, что наступила осень. Все хорошие мальчики и девочки давно разбежались по домам. Улицы опустели, редкие прохожие спешили убраться восвояси, избегая встреч с небольшими компаниями молодых не совсем трезвых парней, которые запросто могут отжать мобильник или барсетку, придав ускорения с помощью волшебного пинка. А вот какого лешего понесло Алессу в час ночной на улицу, нужно еще выяснить. Классическая ситуация...Ночь. Улица. Фонарь. Группа нетрезвых тунеядцев. Казалось, что должно произойти что-то очень плохое, но в самый последний момент на выручку девушке приходит "герой-одиночка".

+1

2

+

Выглядит
http://www.telegraph.co.uk/content/dam/fashion/DEC/Dec30/Alicia-Vik-heritage-look-xlarge.jpg
С собой: документы, ключи от комнаты, амбулаторная карта пациентки, 10$ наличными и мелочь вроде косметики.

Многое в этом мире может измениться в мгновение ока, но что бы не произошло, никогда нельзя забывать - такова воля Всевышнего. Порой с его решениями бывает очень сложно смириться, ещё чаще люди не понимают, почему происходит так, а не иначе. Алесса никогда не задавалась подобными вопросами. Она слепо верила в Спасителя и шла той дорогой, которую он указывал. Правда сегодня она пролегала по тёмной нью-йоркской улочке, где из всех фонарей горели максимум пара-тройка. Но этого было вполне довольно, что бы не рухнуть в траншею, выкопанную городскими службами, а на остальное и вовсе грех жаловаться. Обычно Линдберг старалась не гулять поздними вечерами. Впрочем, слово "гулять" к ней вообще было трудно применимо. Она постоянно куда-то направлялась. Когда-то давно, ещё в студенчестве в Шведции, молодая девушка иногда прогуливалась со своими подругами, но оказавшись в Нью-Йорке, лишилась и этой скромной радости. Она никого тут не знала, а бесцельно шататься в одиночестве просто не умела. Всегда нужна цель. Без неё человек может сбиться с курса, отмеченного для него Богом. Тем не менее, в последнее время надежда на лучшее укрепилась в ней на постоянной основе. Многое Алесса пока не понимала, зато чувствовала, что может обрести в сотрудниках лиги Равновесия добрых друзей.
Это случилось совсем недавно, меньше трёх недель назад. Урывая минутку в своём забитом трудовом графике, Линдбер спешила в центр таких же как она, одарённых. Может, шведка и была до крайности наивна, но пока всё, что видели её глаза, это заботу, тщательнейшую опеку и плечо помощи, которое ей сулили подставить в любой момент. А за что же были все эти радости? Да просто так! Потому что она - это она. Иной раз, слушая речи своих наставников, девушка поражалась, до какой степени эти люди внутренне приближены к Богу. Они, даже сами не подозревая этого, действуют так, как должно. Возлюби ближнего своего, как самого себя. И они любят. Вместе с прегрешениями, которые совершает любой человек, вместе с недостатками характера, просто за то, что он когда-то родился, а теперь пополнил из стройные ряды хранителей равновесия. Линдберг нравилось слушать мат.часть, она по старой привычке пыталась конспектировать всё, что преподавали, но со временем перестала. Один из учителей ей явно намекнул на то, что если эти записи попадут не в те руки, может случиться беда. Пристыженная девушка в тот же вечер пропустила свои конспекты черед шредер. Последнее, чего бы она хотела, это навредить людям, что приняли её к себе, встретив, как родную.
Правда имелись и некоторые осложнения, связанные со вступлением в тайную организацию одарённых Господом людей. Времени катастрофически не хватало. Наверное, Алесса могла бы отказаться от дополнительных смен в Кризисном центре, где с успехом совмещала многие должности - порой обычная сиделка возле койки какой-нибудь престарелой матроны, иногда расторопная медсестричка, а бывало свалиться столько бумажной волокиты, что Линдберг чувствовала себя самой настоящей секретаршей. Но всё это было не то, к чему стремилась шведка. В её мечтах, она уже давно видела себя дипломированным врачом, который спасает жизни маленьких пациентов. Она и теперь несколько раз в месяц умудрялась брать на себя ответственность за чьи-то жизни, но факт оставался фактом - вначале нужно доучиться. С этим же возникали определённые сложности. Так как возвращаться в Шведцию она пока не планировала, нужно было перевести свои документы в другой вуз, а это то же время...
Вот и выходило, что Алесса разрывалась между долгом, интересом и желанием помочь всем и каждому. Дни, когда она возвращалась домой после полуночи, уже не были редкостью. Сегодня она вновь опаздывала. Городской транспорт уже не ходил, а такси было роскошью. Впрочем, Линдберг рассчитывала, что пройдя несколько кварталов пешком, сможет значительно снизить таксу и добраться до дома уже на машине. В противном случае шагать ей не меньше часа. Нормальный человек не станет шастать по тёмным подворотням, да и она не стала бы, но желание поскорее лечь в постель, перевешивало чувство самосохранения. "На всё воля Божья!" С подобными мыслями девушка свернула за угол, желая поскорее проскочить самый тёмный переулок. Вначале Линдберг не поняла, что за тени маячат впереди, но следом за движением послышались голоса. Мужские. Много... Сердце подскочило в груди и теперь грозилось выскочить прямо через горло. Девушка замедлила шаг, но так и не свернула. Главное, не показывать своего страха, так когда-то говорил один знакомый кинолог. Но ведь люди не собаки... Где-то впереди раздался смех, который ох как не понравился напуганной шведке. Звуки приближались, и вместе с этим слабла её уверенность. Она отошла не так далеко от освещённой улицы. Может, стоит вернуться? Алесса остановилась, машинально вжимая голову в плечи и стараясь практически не дышать, что бы не выдать своего присутствия. Секунды текли, как кисель, а голоса и пьяные смешки неумолимо приближались. Когда последние крохи самообладания оставили Линдберг, она резко повернулась на месте и кинулась бежать.
Ей удалось сделать буквально три шага, когда как будто из-под земли выросла высокая мужская фигура, в которую Алесса с разбегу впечаталась. Это было настолько неожиданно, что колени подогнулись сами собой. Она отлетела на асфальт, а в тусклом свете, отражённом в стекле какой-то витрины напротив, проступило злорадное лицо.
- Ты куда собралась? Парни так за тобой не угоняться, - девушка с широко распахнутыми глазами взирала на этого амбала и старалась понять, как себя вести дальше. Убежать вряд ли получиться. - Эй, ну где вы там. Чуть такую девочку не проворонили!
- Я... мне... вы католик? - Алесса ухватилась за единственную, на её взгляд, палочку-выручалочку - религию. Ни один прихожанин всех известных ей церквей не причинил бы вреда слабой женщине. Раскатистый смех стал ей ответом.
- Сейчас узнаем, к какой религии я отношусь. Смотря, как проповедовать станешь, - он нагнулся и рывком поднял её за руку, поставив чётко перед собой. Сзади приблизились остальные. Сколько их, шведка понять никак не могла, но даже одного ей было многова-то. - Гони сюда налик и цацки, мобилу не забудь. Парни обыщите эту святошу.
Девушка с радостью бы отдала им всё, что имела, но страх полностью её парализовал. Она только и делала, что пыталась плотнее запахнуть своё пальто и мотала головой из стороны в сторону.

+1

3

+

Выглядит: http://s2.uploads.ru/kLxpI.jpg
При себе: Плеер с единственной кассетой, ключи от дома и бумажник с небольшой суммой денег

На часах в маленькой каморке охраны стрелки заканчивали час, глубокая ночь, когда все нормальные люди спят. Однако было бы неправильным, сказать, что Джеймс ненормален. Вовсе нет, он выполнял свою работу. Еще полтора часа назад его  сменщик заступил на дежурство, но мужчина по-прежнему оставался на месте, предпочитая играть с ним в карты. Наверно не просто обычному человеку, у которого дома дети, жена, собака, понять, что чувствуют одинокие люди, когда кроме одиночества и пустой неуютной квартиры тебя никто не ждет. Даже тараканы и те сбежали к соседям. Поэтому спешить в свою коробку Джеймс не торопился, но все же придется.
Он поднялся с металлического стула, в очередной раз проиграв партию, подцепляя со спинки свою красную кожаную куртку.
- Это тебе повезло, я поддался, - они оба знали, что Харреллу редко везло в картах, поэтому напарник лишь ехидно покачал головой, подыгрывая другу, - лучше бы книгу прочел, вместо..-договорить ему не дали. Джейсон, сменщик и хороший друг прервал мужчину:
- Иди уже, горемыка. Глядишь к утру доберешься,- он махнул рукой, раскатисто смеясь, так как знал, что Джеймс живет слишком далеко от работы, а единственное средство передвижения сейчас на ремонте.
Махнув, на прощание, рукой, Джеймс улыбнулся приятелю и вышел на улицу, ежась от непривычного прохладного ветра, змейкой забирающегося под куртку. Застегнув молнию до половины, он передернул плечами, доставая из кармана свой старенький кассетный плеер. Несколько минут потратил на распутывание шнура от наушников, после чего с довольной улыбкой победителя водрузил их на голову, нажимая на кнопку "Play".
Пусть Харрелла был извилист и не всегда пролегал по освещенным улицам, но мужчина никогда не расстраивался этому факту, скорее даже наоборот. В столь позднее время никому в голову не придет просиживать перед окном, в надежде рассмотреть случайного прохожего. Было без четверти два, когда Джеймс свернул на улицу в восточной части Нью-Йорка. Ее окаймляли высотные дома из стекла и бетона, элита, чего не скажешь о внутреннем убранстве дворов. Между высотками уютно расположился небольшой ресторанчик, ставший популярным у семейный парочек  и молодых. Джеймс прошел мимо, заглядывая в темные провалы окон. Нередко он видел счастливых посетителей, смотревших друг на друга влюбленными глазами. В какой-то степени он завидовал им, но жизнь это не рассказ, который можно переписать заново.
У Джеймса бывали продолжительные отношения, но работа отрицательно сказывалась на личной жизни. С образом простого охранника, зарабатывающего не такие уж большие деньги и постоянно отсутствующего по ночам смириться не так легко, и дело всегда кончалось те, что от него начинали требовать больше того, чем он мог дать женщине.
Одиночество в квартире Харрелла было гнетущим, именно поэтому мужчина старался задерживаться на работе как можно дольше. Иногда, когда он открывал дверь квартиры, то ловил себя на мысли: интересно, на что похоже, когда приходишь в дом, где тебя ждут, где дают уверенность в том, что мир не катится по дороге в ад.
В идеале Джеймс предпочел бы сейчас пропустить стаканчик-другой в каком-нибудь придорожном кафе, где никто не стал бы обращать внимание на столь позднего гостя. Из головы никак не выходило убийство, с которым он столкнулся несколько дней назад. Преступник настолько аккуратен по части улик, что даже опытные криминалисты, отработавшие пол жизни в полиции и те не смогли ничего особенного найти. Складывалось такое ощущение, будто ему нравилось убивать, заставляя жертву чувствовать непереносимую боль. Перед глазами Джеймса стояло, застывшее в молчаливом крике, лицо белокурой девушки, найденной им в заброшенном старом доме на окраине Нью-Йорка. Сколько всего повидал Харрелл за свою жизнь, но к такому никак не привыкнуть.
Охранник неспешно шел по тротуару, нахохлившись, спрятав руки в карманы куртки, практически не замечая сменяющегося пейзажа. Дорога ему хорошо известна, еще пару кварталов и он будет на месте. Почему-то эта девушка напомнила Харреллу об одном, не очень радужном сне, больше похожем на кошмар. Джеймс шел вперед, заново прокручивая его в голове, вспоминая детали.

Когда, несколько дней назад, ему позвонил напарник, Джей не ожидал увидеть подобного. Он много повидал за свою жизнь, частенько видел блюющих офицеров полиции, приехавших на место преступления первыми. Жуткий запах и тучи мух, мерзко жужжащие вокруг жертвы, однако последнее дело побило все рекорды.
Дом, в котором обнаружили тело жертвы, стоял на отшибе, вокруг ни одной живой души, чтобы помешать преступнику сделать свое черное дело. Едва войдя в него Харрелл почувствовал странный запах, смесь гнилого дерева и канализации. В первой комнате смотреть было не на что, поэтому детектив (именно им себя ощущал Джеймс во сне) прошел по коридору немного дальше, где у двери стоял молоденький полицейский. Джея пробирал неприятный холодок, как это бывало на каждом убийстве. Холод смерти. Едва Харрелл увидел свою жертву, как понял, что работал профессионал и от увиденного кровь в жилах застыла. Прямо напротив двери, примерно в метре от противоположной стены, на двух параллельно установленных деревянных шестах висело нагое женское тело. Руки широко раскинуты, колени согнуты, потому как ноги ее касались пола. Вся поза напоминала коленопреклоненную  букву "Y". Веревки, привязывавшие ее руки к вершинам шестов, глубоко врезались в ее плоть и засохли, и теперь темные линии кровоподтеков подчеркивали изящную форму ее тонких рук. Джеймс посмотрел на лицо женщины. Его мозг пытался осознать, что же видят его глаза.  Рой мух непрестанно кружился вокруг ее тела, но к лицу они не подлетали. К ее лицу, с которого была ободрана кожа. К бесформенной мышечной массе. Из-а отсутствия  кожи ее глаза выпирали из глазниц, челюсть провисла и рот был открыт. Зубов там не было...

Мужчина настолько проникся воспоминанием, прокручивая в голове картинки и образы, связанные с убийством, что совсем не заметил как свернул в подворотню, здорово срезавшую ему путь. Его не покидала мысль, что в момент истязания преступник, кем бы он ни был, получал удовольствие, контролируя жертву, показывая ей свою власть и безнаказанность.

Из-за отсутствия лица зубов идентифицировать ее не представлялось возможным, потому как отпечатков пальцев в базе полицейского управления не было. Следовало нанести визит доктору Уилсону, в надежде на то, что его чудо-программа создаст примерный фоторобот девушки.

Харрелл продолжал двигаться вперед в такт музыке, не услышав постороннего смеха, раздавшегося неподалеку. Он только вошел в арку, краем глаза замечая двигающиеся тени сбоку. Луч фонаря на главной улице преломился об арочный свод, ведущий в подворотню, создавая тем самым небольшое прикрытие. Метрах в пятнадцати от него, словно стайка мух, кружилась изрядно пьяная компания парней, а в центре настоящий цветок, хрупко зажатый в сильных мужских руках. Похоже девчонка выбрала не совсем подходящую компанию на вечер.
- Девочки, хватит ссориться! Потом потаскаете друг друга за волосы, - не слишком серьезно бросил Джеймс, опуская руку на пояс, где висел плеер и нажимая на кнопку "Stop" и стаскивая наушники на шею. Он еще не слишком разобрался в ситуации, но отчетливо успел понять, что девушка в беде и нуждается в его помощи. Внимание толпы завоевать удалось лишь частично, Харрелла заметил лишь один или двое, после чего, цепочной тычков по ребрам, информация разнеслась всем. Компания не видела своего оппонента, но это не мешало им засучить рукава и грозно выдвинуться навстречу, при этом двое продолжали удерживать девушку в заложницах.

+

Курсивом описан сон Джеймса.

Отредактировано James Harrell (2017-05-30 19:24:41)

+1

4

Страх был повсюду. Он душил липким комком, подкатывая к горлу и лишая голоса. Он заставлял сердце биться в совершенно противоестественном ритме, то ускоряя свой бег, то замедляя настолько, что казалось, будто она давно покойница. Страх плескался на дне её тёмных зрачков, он прорывался в порывистых движениях, и одновременно с этим мешал даже пальцем пошевелить осознанно для собственной защиты. Он был везде, но только не в умах тех, кто теперь окружал Линдберг. Девушка пятилась и натыкалась на грудь очередного верзилы. Боязливо озираясь и отступала в сторону, но тут же налетала на кого-то другого. Её взяли практически в ровный круг, грани которого казались во сто крат опаснее живого огня. Алесса металась между ними, зарабатывая таким поведение грубые смешки и нелицеприятные комментарии с явным подтекстом. Она озиралась по сторонам, стараясь хоть в ком-то найти участие, но его не было, как не бывает в пустыне дождя. В каждом человеке есть хорошее, стоит это только рассмотреть, но тогда почему та, кто может найти положительные черты в любом прохожем, не видит? Неужели это не люди, а свора гончих псов самого Лукавого, что распахнул двери своей псарни в человеческий мир? И почему она? "А потому что нечего ходить по тёмным переулкам" - произнёс где-то внутри её разум. Впрочем, сердце тут же возмутилось: "Но там же ребёнок! Ему было плохо..." Теперь плохо будет ей. Что ж, если в мире обязательно должно присутствовать равновесие, то пусть уж лучше так. Пусть пострадает она, а маленькая девчушка пойдёт на поправку и уснёт мягким тёплым кулёчком у молодой мамочки на руках.
- Во имя Христа, подумайте о своих душах, их-то не губите, - Алесса остановилась по центру этой компании, боясь пошевелиться и опять угодить кому-нибудь в руки. В её голосе прорезалось участие, она медленно обводила взглядом мужские лица, желая донести до этих тёмных душ, чего они могут собственноручно себя лишить. А ведь Линдбер со страху так и не смогла их пересчитать. Они все сливались в сплошной калейдоскоп, где нос и рот одного могли с равным успехом принадлежать другому. От невозможности сделать лишний вдох, темнело в глазах, а ведь здесь и без того освещения практически не было. - Возьмите всё, что есть. Наверное, вам нужнее...
Стоило ей произнести последнюю фразу, как локоть больно стиснула чья-то грубая рука. Алесса затравленно пискнула и зажмурилась, ожидая чего угодно, вплоть до удара, хотя прекрасно понимала, что всё равно не будет готова к подобному.
- Мы те чо, бомжи какие? А?! - Это была её ошибка. Не стоило жалеть их. Жалость вообще довольно опасная штука, которая с равным успехом может вызвать искреннюю благодарность и бешеную ярость. У них она вызывала последнее. - Возьмём, и не только шмотьё! Не потому что нуждаемся, а потому что хотим. Вот она принципиальная разница, усекла?
Линдберг кивнула, стараясь не поднимать глаза на державшего её мужчину, но по голосу она признала того, кто обнаружил её раньше других. Девушку тут же отправили в полёт куда-то вперёд, а через секунду её уже держали под руки двое мужчин. Остальные отобрали сумку и увлечённо рылись в её недрах. Перетряхнув до дна сомнительную добычу, они отшвырнули в сторону сумку и обернулись к ней. Сердце ёкнуло и замерло в груди. Не было сил моргнуть или хотя бы просто прикрыть веки, смиряясь со своей участью. Алесса смотрела в лицам своим... а кем они теперь ей станут? Воры? Палачи? "Ничего, это не конец... мамочка!" В глазах блеснули слёзы и замерли на самых кончиках ресниц. Почему-то в момент наивысшей опасности ей вспомнила приёмная мать. К ней взывала, обойдя Создателя своими молитвами. Наверное, именно из-за этого она и не приняла постриг. Как бы сильно Линдберг не любила Всевышнего, само человечество и отдельные люди были ей ближе. Нельзя так думать, совестно, но что поделать, безгрешны лишь младенцы да Отец их небесный.
Вначале Алесса не поняла, что происходит и какая из её жарких молитв дошла первее остальных. Но верзилы отчего-то переключили своё внимание на что-то, недоступное пока её взору. Они почти синхронно оборачивались куда-то в сторону, перешёптываясь друг с другом. Но уже через пару секунд убедились, что подобные меры излишни, и начали обсуждать какого-то парня в голос. Девушка вгляделась в потёмки, но так ничего и не приметила, пока незнакомец не приблизился. Выглядел он достаточно молодо, но возраст мальчишки или юнца давно уже был им пройден. Наверное, он был симпатичным, но от страха Линдберг соображала очень туго. Впрочем, удушающий страх за собственную жизнь быстро сменился настоящим ужасом за судьбу этого парня. Алесса не знала кто он, но по тому, как двигались отморозки и с какой агрессией смотрели в его сторону, она поняла, что не друг присоединился к весёленькому нападению на одинокую девушку, он им такой же неприятель, как и она. А вскоре это предположение подтвердилось словами их главаря.
- Те чо надо? Иди куда шёл и не оборачивайся, пока глаза на месте, - к нему приближались, а девушка не могла остановить их. Если на миг представить, что он не прошёл мимо именно из-за неё, то становилось совсем уж плохо. Она не хотела, что бы кто-то брал на себя долю боли и унижения, которую судьба пророчила ей. "Нет-нет, только не так! Пожалуйста!"
- Беги! - Алесса дёрнулась в его сторону, но парни держали крепко, ещё и встряхнули для острастки, что бы меньше рот разевала. Кислород в лёгких закончился окончательно. Девушка хватала воздух губами не в силах протолкнуть его в себя, в глазах темнело, а в ушах нарастал гул. Чрезвычайно знакомый, будто песнь, словно колыбельная в яростную зимнюю стужу... По подворотне прошёлся лёгкий зябкий ветерок. Но то было не простое веление природы. Стихия просыпалась, безостановочно набирая обороты. Волосы Алессы уже метались из стороны в сторону. Ветер бил ей в лицо, поникал в рот, стараясь вновь вернуть дыхание, кружил вокруг и постоянно рвался с привязи. Едва ощутив зов разбуженного вихря, Линдберг поддалась своим инстинктам и глубоко вздохнула. Слабость тут же отступила, а в широко распахнутых глазах отразились мощные струи занимавшейся бури, которая отныне повиновалась только ей.

Отредактировано Alessa Lindberg (2017-06-07 00:58:03)

+1

5

Не нужно быть гением, чтобы понять, ради чего в грязной подворотне собралась компания молодых людей. Правда не всем эта идея пришлась по душе, из-за чего ночную тишину нарушали нетрезвые возгласы и невнятный шорох. От компании отпочковалось трое парней и, в проемы, между их телами, виднелась хрупкая девчонка, прижатая сильными мужскими руками. Похоже вырваться не получается, а горькими слезами кроме как раздражения, ничего вызвать нельзя. Услышав голос Харрелла, она сумела лишь немного вывернуться и прокричать, чтобы Джеймс убегал.
Но он лишь покачал головой, уже зная, что произойдет в следующий момент.
- Ах ты стерва! - звонкая пощечина почти наотмашь, именно так в современном мире истинные джентльмены выражают насколько они очарованы девушкой. Наверняка на светлой коже шатенки останется красный след от руки. Те, кто остался возле пленницы, еще несколько секунд смотрели на подходивших к Джеймсу, друзей, а потом довольно резво принялись щипать и гладить девушку где только достанет рука, так и норовя задирать ее одежду. По подворотне  собирался настоящий ураган. Обилие мусора завивалось вихрем, с каждым мгновением увеличиваясь. Джеймс не знал, отчего вдруг разыгралась непогода, вроде бы по сводкам вечер обещал быть почти идеальным, однако в данную минуту главной проблемой оставалась кучка шпаны, по-хозяйски приближавшаяся к нему.
Обычно, такие разборки ничем хорошим не заканчивались, а нарушители спокойствия, как правило, получали по заслугам, оставляя победителю в качестве трофея материалы ДНК и зубы. Харрелл же не намеревался пускать в ход руки, тем самым окончательно поганя день, однако помимо него существовали и другие игроки, думающие немного не тем местом.
Троица, изрядно подвыпившая, покачиваясь подошла к охраннику. Очевидно он должен был дрогнуть и отступить, однако осознание, что ситуация дерьмо, явно не приходило к нему. Напротив, мужчина поднял руки на уровень груди, показывая раскрытые ладони как символ отсутствия угрозы.
- Ребят, пора баиньки, не то завтра голова будет бо-бо, - с лица не сходила улыбка, которая теперь прекрасно стала видна. Джей всегда считал, что словом можно решить пусть не все, но многое. В каждой драке он давал шанс образумиться, отступиться и уйти. Если бы только его слушали. Очевидно высокий градус алкоголя в крови препятствовал принятию адекватных решений и оценке ситуации, поэтому все, абсолютно все стычки заканчивались дракой. У Джеймса был отличный день, настроение на подъеме и ему очень не хотелось пускать в ход кулаки, лишь хрупкая испуганная девушка омрачала картину и он не мог пройти мимо.
Харрелл смотрел на троицу, как удав на кроликов, по-доброму, даже не моргнув продолжая подкалывать отморозков. Явный посыл идти куда шел он успешно проигнорировал, мельком бросая взгляд поверх плеча одного из них, оценивая ситуацию для того, чтобы предпринять правильные действия потом. Однако на мальчиков реплика возымела действие как на красную тряпку у быка и в ход пошли руки. Зря.
Толкнув Джеймса в грудь, парни злобно захихикали, явно довольные собой, вот только они еще не знали на кого нарвались.
- Вашу силу, да в мирное русло, цены бы вам не было, - не позволив руке противника отстраниться слишком далеко, мужчина крепко схватил противника за запястье и рванул на себя, заставляя пьяного хулигана, также двинуться по инерции вперед, не раздумывая натыкаясь лицом на кулак Харрелла. Хулиган взвыл от неожиданности и попятился назад, сгибаясь вдвое, прижимая к разбитому носу обе ладони. Даже в не ярком свете можно было различить как сквозь его пальцы тонкой струйкой просочилась кровь. Оставшиеся двое переглянулись, явно не понимая, что сейчас произошло, но во взглядах не появилось хоть какой-то осмысленности, скорее напротив. Теперь это становилось делом чести - отомстить за травму друга, без учета того, кто начал первым. Да, возможно Джеймсу не стоило так сразу бить, а попытаться свести конфликт на нет, вот только таких как эти отбросы, слишком много и все они чересчур глупы, чтобы отступать.
Когда первый шок пошел на спад, парни пришли в движение, с явным намерением броситься. Тот, что стоял правее Джея, на толику быстрее стартанул и так же быстро улегся на асфальт, а всего-то виной простая подножка, вовремя поставленная против направления движения и небольшой нажим ладонью на плечо, чтобы скоординировать падение. И вновь в ответ лишь стон. Возможно мужчине не удалось бы так легко вывести из боя двоих, если бы те были трезвыми, но по-пьяни все рефлексы и моторика заторможены, сбиваются все внутренние настройки, в том числе и те, которые отвечают за чувство страха и самосохранения. Именно поэтому Джеймс бил всерьез, дабы у парней не возникло ошибочного мнения в оценке собственных возможностей.
- Ах ты говнюк! Сейчас ты отгребешь за парней...мля! - Кое-кто все же осадил назад, но лишь для того, чтобы выдавить из себя нелицеприятную фразу. однако в ответ на нее охранник только усмехнулся и развел руки в стороны.
- Я готов, - он улыбнулся, качнув головой. Со стороны могло показаться, что это его забавляет, вот только в сосредоточенном взгляде не было и толики веселья. В это время разогнулся первый, явно намереваясь поквитаться, да и второй тоже постепенно собирал руки и ноги в кучу, чтобы подняться. Харрелл быстро развернул корпус и еще раз ударил первого в лицо кулаком, прибавляя ему ускорения в виде пинка по голени, выбивая почву из-под ног.
Может быть стоило все решить намного проще? Вытащить из-за пояса пистолет, который позабыл сдать в пересменку и приказать отпустить девушку под страхом лишиться колена? Ленту времени не отмотать назад, да и для Звездного Лорда небольшая драка послужит отличной разминкой и заменой множества часов, проведенных в спортивных залах.
С третьим пришлось повозиться, его удар левой, вывел Джеймса из равновесия, заставляя отступить назад и встряхнуть головой. Лишние мысли и забота о последствиях в бою лишь мешают. Приняв защитную стойку, мужчина приготовился отражать любые нападки молодчика, однако его плохая координация движений не позволила бить метко. И Харрелл этим воспользовался. Какое-то время пришлось уворачиваться, но вскоре, ему подвернулся удобный момент, оппонент раскрылся, Джеймс сделал рывок вперед, кладя обе руки хулигану на шею и резко направляя на подставленное колено. Собственно нападение было подавлено, враги побеждены и теперь валялись неподалеку, скрючившись в три погибели, больше не желая испытывать судьбу. Сломать нос, это лучше, чем сломать себе, случайно, шею или позвоночник, а обычный охранник не преследовал цель убить, мальчикам нужно было показать, что плохое поведение всегда карается по закону.
Мужчина вышел из арки, переступая через тело молодого человека, встряхивая рукой.
Оставалось еще двое, решивших не отвлекаться на какого-то постороннего мужика, продолжая зажимать девушку. Джеймс всегда думал, что алкоголь притупляет реакцию, но даже и представить себе не мог, что еще и ухудшает зрение, потому как опыт друзей хулигана не вразумил, что же, иногда некоторые люди понимают прописную истину только тогда, когда почувствуют ее на себе. Долго ждать не пришлось, в ночи блеснуло тонкое лезвие выкидного ножа, Харрелл инстинктивно увернулся от попытки нанести ножевую рану, выбивая ногой холодное оружие из руки. Схватив матерящегося ублюдка за шею, Джеймс с силой толкнул его на близстоящее здание от столкновения с которым  звон распространился на целый квартал. Последний не представлял угрозы, лишь он единственный сумел понять, что лучше уносить ноги. Бросив сумку и остальные вещи, удрал за ближайший угол.
Джеймс подобрал все с земли, отряхивая и протягивая испуганной девушке.
- Как вы? - мужчина обеспокоенно положил незнакомке руку на плечо, заглядывая в глаза. Ее разметавшиеся ветром волосы закрывали часть лица, - Сильно испугались?

+1

6

Что такое ветер? Любой ребёнок расскажет без запинки и вряд ли окажется не прав. Однако для Алессы любое такое определение было бы не полным. Правда в то, что могла поведать об этом природном явлении девушка, поверили бы исключительно те же дети, да и то не все. Ветер - это жизнь. Это безумный калейдоскоп запахов, что собраны в одном его дуновении. Это яростная сила, что может обрушиться в любой момент, и от неё не скрыться за тяжёлыми ставнями, не сбежать от стремительного потока, да и не нужно. Ветер прекрасен, он состоит из мельчайших незримых частиц различных газов, что складываются в причудливую вязь - любая рукодельница изумиться совершенному узору. Каждый его поток имеет свой оттенок, а вместе они образуют искрящееся радужными бликами кружево. Это было самим дыханием природы. Её дыханием, Алессы. В те редкие моменты, когда внутри просыпалась сила, девушка чувствовала себя единым целым с этим миром. Всё, чего касался ветер, отражалось в её сознании, как будто лично опустила раскрытую ладонь на мягкую траву газона, или нечаянно врезалась с разбегу в закрытую дверь. Нет, никаких новых ощущений на физическом уровне это не несло. Но в памяти почему-то откладывалось. Она как будто делилась на две части. Первая - хрупкая девушка, которую каждый может оттолкнуть или ударить. Вторая - необузданная первородная сила, стражем стоявшая на пути к физической оболочке. И связывала эти части воедино воля и разум. Каким бы человек не казался с виду хлипким маленьким заморышем, у него внутри может быть огромное доброе сердце и непоколебимое самообладание. Наверное, Бог наградил Линдберг именно по этой схеме. Самая обычная внешность, без выдающихся физических данных, но зато внутри дремала сила, которая была присуща ей с рождения.
Теперь же сила эта сорвалась с поводка, и тёмный переулок кардинально изменился. Порывы ветра достигали небывалой скорости, закручивались в спирали рядом с её фигуркой и ждали мысленной команды. Какой-то мусор уже пару раз врезался в тех, кто продолжал держать Алессу, но к сожалению, это были не кирпичи, так что особого вреда им не доставили, только усилив раздражение. Впрочем, пока не кирпичи...
Девушка чувствовала, как ветер мягко касается её горящей щеки. Боль постепенно унималась, но от обиды слёзы всё-таки прочертили пару солёных дорожек. Пощёчина была нанесена от души, но о своих словах она не жалела. Если будет нужно, подставит и другую, лишь бы помогло, лишь бы уберечь незнакомца, который точно так же, как и сама Алесса, забрёл сюда в ненастный час. Однако её отчаянный возглас не подействовал на мужчину. Он не ушёл. Остался, и тем самым обратил весь гнев отморозков на себя. "Господи, не допусти... Помоги! Если воля твоя, забрать его, то пусть не сегодня, только не у меня на глазах. Отче, прошу!" Зажмуриться и молиться - а что ещё ей оставалось? Не обращаться же внимание на грубые мужские руки, которые так и норовили поднять ей юбку и пройтись по бёдрам. И ещё хорошо, что длина не позволяла, с такой возиться - мороки не оберёшься. Впрочем, всегда есть верхняя часть. Сердце и так колотилось, как будто желало сломать рёбра и выпрыгнуть на асфальт. Казалось, куда уж больше? Однако стоило одному из них положить свою лапу ей на грудь, как пульс подскочил многократно. Алесса пыталась сжаться в маленький комочек, но её раз за разом словно выворачивали наизнанку, убирая руки и заставляя встать прямо. Девушка не переставая шептала слова молитв, но все они были направлены не к тем, что теперь пользовались свой вседозволенностью в её отношении. Они устремлялись туда, к человеку, что не прошёл мимо. А вслед её молитвам летел ветер. Через гул, который наполнял подворотню, были слышны человеческие голоса. Перебранка, стоны, проклятия. Для Линдберг всё слилось в сплошной поток паники и ужаса, однако девушке периодически доводилось видеть фигуру незнакомца, который лихо разбирался с нетрезвыми бугаями. Каждый раз, как на него шёл замах, Алесса еле сдерживала крик. Она понимала, что лучше ему не сделает, зато может окончательно спровоцировать ураган, который сама же и породила. В такой сумятице невозможно направить сильнейшие потоки ветра исключительно на нужный объект, да и не была шведка уверена, что у неё получиться. Такое произошло пока лишь единожды, на границе Нью-Йорка, но и тогда перед ней стояло много человек, попади в любого - угадаешь. Теперь же она боялась навредить. Боялась, но успокоиться не могла. Зато её мучителем перепадало с лихвой. Ветер тянул их за одежду, поднимал размашистые балахоны чуть ли не до глаз и заставлял каждый раз останавливать свои совершенно не этические действия в отношении девушки.
Когда же пришла их очередь встретиться лицом к лицу с мужчиной, который, сам того не подозревая, был причислен Линдберг чуть ли не к сомну святых, они выпустили свою добычу из рук. Алесса, почти обессиленная и потерявшая последнюю опору, рухнула на колени. Теперь она смотрела во все глаза. Блеснувшее лезвие ножа, заставило прижать ладони к губам, лишь бы не закричать в полный голос. Она правда старалась сдерживать бурю своих не самых приятных эмоций, что бы та не породила бурю, куда страшнее женских слёз. Сего лишь пары минут хватило, что бы последнее сопротивление нападавших было сломлено. Девушка тяжело дышала, но страх за жизнь великодушного человека начал проходить, а вместе с этим смирела и природа. Ветер всё ещё ласково утирал выступившие слёзы, наполнял лёгкие кислородом и холодил распалённое лицо. Это успокаивало, но не лучше, чем мужчина, который склонился над ней.
- Как вы? - Девушка инстинктивно накрыла его руку своей, цепляясь будто за спасательный круг, и несмело кивнула. - Сильно испугались?
Ещё кивок, но уже более уверенный. Она быстро откинула растрепавшиеся волосы в сторону и оглядела поле боя. Некоторые пытались скрыться, кто-то ещё продолжал кататься по земле. "Нужно вызвать скорую помощь, а вдруг что серьёзное? Им нужен медик. Стоп! Я же и есть медсестра..." Алесса перевела свой взгляд на незнакомца, как будто думала, что он умеет читать мысли. Она приняла из его рук сумку, о которой, признаться, успела уже позабыть. Да и не было там ничего стоящего, хотя бесспорно даже такая потеря пришлась бы нехилым ударом по её благосостоянию.
- Спасибо вам, - наконец-то ей удалось разлепить побелевшие от страха губы и произнести хоть что-то похожее на человеческую речь. - Вы мне не поможете?
Он и так сделал для неё более чем достаточно, однако без его помощи ей вряд ли удалось бы подняться на ноги.
- Нужно осмотреть их... Оказать первую помощь... - Алесса не знала, с чего начать. Ей было страшно приближаться к отморозкам, которые только что чуть не отправили её на тот свет, но пойти против своей природы она не могла. - Я врач, почти...
Прижимая к груди свою сумку, Лидберг робко улыбнулась незнакомцу, как будто оправдывалась за собственное поведение. Конечно, она пока не дипломированный специалист, да и направление совсем другое, но как останавливать кровотечение и перевязывать раны, учат ещё на первом курсе.
- Я правда вам очень благодарна, вы были не обязаны рисковать ради меня своим здоровьем, - шведка умоляюще смотрела на парня, не в силах обличить в слова всю ту признательность, которая теперь переполняла её сердце. Она несмело оглянула на пострадавших и пробормотала себе под нос. - Нужны бинты и перекись...
Девушка сделала два неуверенных шага в их сторону и ощутила, как земля уходит из-под ног. Звон в ушах усилился и теперь мешал слышать посторонние звуки, перед глазами всё плыло, а затем резко наступила темнота. С тихим вздохом Линдберг осела на тротуар, и её сознание полностью отключилось, вымотанное до предела. В тот же момент последние порывы ветра растаяли, так и не набрав полную силу.

+1

7

Непогода постепенно набирала обороты, словно повинуясь чьему-то желанию. Оставаться на улице, чтобы испытать превратности судьбы не очень-то хотелось, радовало только то, что завтра не придется идти на работу. Джеймс мог не тороиться домой, где его никто не ждет. Оставив горькие стенания на этот счет на потом, мужчина сосредоточил все свое внимание на милой девушке, едва не ставшая жертвой алкоголя и беззакония.
Каждый человек индивидуален, как и реакция на подобную ситуацию, очень важно было вовремя понять, что незнакомке ничто не угрожает, что розовый след от ладони одного из хулиганов и шок, это самое страшное, что приключилось с ней. И чтобы все это выяснить, стоило добиться ответа на свой вопрос. Он помог ей подняться, удерживая за руки, не отрывая взгляда от ее лица, стараясь уловить мельчайшие изменения в мимике. Джеймс знал и умел многое, от прошлой жизни в его воспоминаниях также то и дело проскальзывали некоторые моменты, пусть не всегда нормальные, однако чего он так и не научился - адекватно реагировать на женские слезы. Не многие мужчины могли похвастать такими умениями, женщина - это величайшая загадка природы, разгадать которую под силу лишь немногим. Харрелл видел отблески влажных дорожек на щеках и не знал, радоваться ему или начинать вспоминать бесконечные фильмы, в которых главный герой справляется с плачущей героиней.
Голос незнакомки не дрожал от рвущихся наружу эмоций и он немного расслабился. Более того, ее желания несколько удивили Джеймса. Хотя, к чему лукавить, в голове сейчас просвистел ветер, потому как какого-либо адекватного оправдания ее словам он найти не мог. И даже будущая специальность врача не пролили света на безумное желание помочь тем, кто еще пару минут назад могли лишить ее жизни ради горсти монет и старенького мобильного. Джеймс не мог ей перечить, зато начинал подозревать девушку в невменяемости, как говорят полицейские - в состоянии аффекта. Он внимательно следил за растерянными несмелыми движениями, попытками вспомнить правила первой медицинской помощи и никак не мог произнести не слова. Харрелл откровенно говоря не видел смысла бросаться в аптеку за бинтами и перекисью. Пара сломанных носов, свернутых челюстей это самое страшное, что случилось с отморозками, в остальном же преобладали гематомы, ведь он знал куда и как бить. Странно все это, однако мужчина постепенно начинал привыкать к своей необычной способности, более того, это придавало сил и смелости, ведь не всегда можно рассчитывать на успешный исход драки, если противник вооружен и имеет численный перевес.
Запустив пальцы в волосы, Джей неспешно почесывал макушку, осматривая место побоища. Картина впечатляла животрепещущими позами натурщиков, вынужденных сражаться не только с болью, но и со стихией. Кое-кто уже успел унести свои ноги, не дожидаясь дружков, кто-то напротив, встал сам и помогал подняться другому, но все как один постоянно оглядывались на Харрелла, опасаясь повторного разбора полетов. Слова благодарности еще доносились до него, хотя сам мужчина воспринимал произошедшее как данное и слов благодарности не требовал взамен. Ему было приятно, что в мире не станет одной сломанной судьбой больше. По инерции Звездный Лорд, как шутливо называл себя Джеймс, двинулся за девушкой, собираясь проводить ее до ближайшего людного места, либо туда, куда она спешила изначально в столь поздний час. Лишь краем глаза он, каким-то чудом, успел заметить как небольшая хрупкая фигурка незнакомки покачнулась и начала оседать. Это произошло за долю секунды, но для Харрелла словно в замедленном режиме. Едва, едва успевая притормозить падение девушки у самой земли, удерживая руками за плечи. И все же последствия пережитого шока дали о себе знать, мозг не справился с поступающей информацией и эмоциями, решив, что проще произвести перезагрузку, чем пытаться восстановиться после сбоя.
Преклонив колено Джеймс старался привести ее в чувство, прислоняя то к щеке, то ко лбу тыльную сторону своей ладони, попутно убирая с лица пряди длинных волос. Поначалу он совершенно не заметил того факта, что вместе с обмороком ненастье постепенно улеглось, воздух стал чище, а вокруг уже не летал легкий мусор.
- Эй, - негромко позвал Джеймс, заглядывая в лицо молодой девушки, сцена, в которой они сейчас застыли чем-то напоминала диснеевскую, где принц отчаянно тупит перед хрустальным гробом Белоснежки, не зная как ее разбудить. Нет, в конце концов то все встанет на круги своя, принц поцелует принцессу, ее щечки порозовеют и нальются жизнью, она откроет глаза и будут они жить долго и счастливо, вот только Харрелл сомневался, что этот чудо-метод поможет ему в реальном мире, - нет, не, нет.
Время растягивалось словно резина, прекрасная принцесса все не приходила в себя, поэтому Джеймс принял единственно-правильное решение в данной ситуации. Просунув правую руку под колени незнакомки он просто взял ее на руки, попутно удивившись легкости. Еще раз взглянув в спокойное лицо, мужчина вышел из злополучной подворотни, сворачивая на широкий пустынный тротуар, следуя вдоль от одного круглого пятна света от фонаря, до другого. Просто шел, не имея запасного плана, удерживая свою ношу как невесту. Почему-то на лицо просилась улыбка, Джеймс, необычная ситуация и такой нестандартный способ выхода из нее. Наверно в идеале следовало доставить девушку в ближайшую больницу, чтобы оставить под присмотром квалифицированных врачей, вот только поблизости таковой не было, единственная клиника находилась в паре кварталов от места, где они встретились, туда Харрелл и направился. Сбагрить несчастную медикам не слишком романтично, зато способ доставки очень даже.
Джеймс не чувствовал усталости, прижимая к себе незнакомку со всеми личными вещами, главное ничего не растерять по дороге.

+1

8

Так всегда происходило после выплеска её особой способности. Алесса не умела это контролировать. Силы просто кончались и ласковая тьма принимала девушку в свои объятия. Впрочем, она никогда не несла спокойствия или умиротворения. Находясь в полной отключке, Линдберг раз за разом переживала эмоции, которые активировали её дар, а так уж повелось, что они были отнюдь не положительными. Страх, боль, желание защитить или защититься - всё это никак нельзя назвать приятными чувствами, но все они были проявлениями человеческой натуры. Слабой, как думала девушка про себя, но всё-таки присущей каждому живому существу. А как можно бороться против того, чем наделил Господь своих детей? И помыслить грешно. Правда, совсем недавно появилась надежда на лучшее. Лига Равновесия, её сотрудники и мастера своего дела, помогут. Нет, не побороть природные чувства и не заглушить их, ведь это невозможно, зато вполне под силу контролировать, не допуская полного измождения. Ученье свет, и его ослепительные лучи забрезжили где-то вдали, но туда предстояло ещё добраться по извилистому тоннелю собственной недалёкости.
Теперь же Алесса блуждала в потьмах собственного сознания. Перед ней проносились облики головорезов из подворотни. Будто яркие росчерки, их лица возникали совсем близко, злобно ухмылялись и тут же исчезали. Только единственное лицо никак не желало пропадать, однако оно несло, скорее, умиротворение и чувство защищённости. А на фоне всех этих картин мелкой рябью вилась прекрасная сеть, которая пела ей древние песни. Это успокаивало лучше всего. Воспалённый разум, что пережил шоковое состояние, постепенно приходил в себя, позволяя мыслям нестись чуточку медленнее. Зачем она пошла в эту тёмную клоаку, почему решила сократить дорогу? Теперь-то уж не всё ли равно? Что ей двигало, когда избавление было очевидным, а незнакомец предлагал свою помощь? Почему нужно было заботиться о тех, чья жизнь состоит из алкоголя и преступления? Тьма вопросов, мрак вокруг, и только вера беспристрастным светочем может пролить ясность на, казалось бы, бредовые мотивы. Всякая жизнь ценна для. Для Бога нет различий между праведником и заблудшей душой. Как может отец не любить своих детей, так и Всевышний относить ко всем одинаково. Лишь на высшем суде он примет своё решение, будет справедлив и непреклонен, но только с теми, кто отверг его сердцем, а не разумом. Могла ли Алесса безошибочно это определить? Конечно, нет. А потому её святой обязанностью было позаботиться о своих непутёвых братьях во Христе и показать им иной путь милости, доброты и заботы о ближнем. К тому же она был врачом. Тем, кто ежедневно спасает жизни всем без исключения. И пусть клятва Гиппократа ею не была принесена, ведь всё ещё длилось обучение, но порывы сердца нельзя было игнорировать. Это её долг, её желание, её предназначение, если будет угодно. Впрочем, лёжа без сознания она вряд ли могла помочь даже себе, не говоря о ком-то другом. Надо было срочно приходить в чувства. Алесса буквально силой вытолкнула себя из забытия. Она вновь ощущала настоящую действительно и в ней, надо признаться, творилось что-то не понятное.
Девушка приоткрыла глаза, чувствуя мерное покачивание. Её куда-то несли, но с такой осторожностью, будто хрупкую диковину, что выкинул на проезжую часть недальновидный человек. Сама же Линдберг удобно прижалась к груди незнакомца. Едва она осознала этот факт, как тут же встрепенулась и залилась румянцем.
- Ой... - едва слышно девушка подала свой голос. Хорошо, что улица была без большей части своих фонарей, а мужчина, что нёс её непонятно куда больше смотрел по сторонам и себе под ноги. - Спасибо.
Сердце обдало тёплой волной признательности. Он не оставил её ни на поругание, ни в одиночестве, хотя мог бы пройти мимо или просто вызвать бригаду скорой помощи. Что заставляло его возиться с неудачливой девицей? "Открытое доброе сердце. Люди зря считают, что нет уже в мире простой человеческой духовности, потому что теперь меня несёт куда-то обладатель самого широкого сердца" Робкая улыбка проступила на женских губах, но тут же слетела под нависшей тенью волнения.
- Вам не тяжело? - Глупый вопрос, если он столько уже прошёл. Алесса смутилась окончательно. Она не хотела задевать чувства своего спасителя и подвергать сомнению его физические данные. Девушка частенько из-за простоты душевной не думала, как может отреагировать собеседник, а потому быстро поправилась. - Извините, я имела в виду... Простите.
Её ладошки легли на женское личико, пряча сконфуженный взгляд. Впрочем, между пальчиков всё-равно оставались просветы, через которые Линдберг разглядела собственную сумку. От приятного удивления она снова убрала руки и обратила благодарный взгляд на мужское лицо.
- Спасибо вам огромное, как я могу вас отблагодарить? - Вновь извиняющаяся улыбка. Она спрашивала, но понимала, что неспособна полностью компенсировать этому человеку потраченное время и физические трудности, с которыми ему пришлось из-за неё столкнуться. Что уж говорить о заботе - за такое невозможно что-либо предложить взамен, кроме ответного жеста уважения и доброты. - Могу я узнать, как вас зовут? Я буду молить за вас Господа. - Она бы просила за него перед Творцом и не зная подобных деталей. Молитвы всегда доходят до адресата, а уж он-то определённо знает, о ком были сказаны самые тёплые слова благодарности. - Меня зовут Алесса Линдберг, и я, кажется, уже не буду падать в обморок, если встану на ноги.
Её улыбка стала шире, но по прежнему сохраняла извиняющийся и слегка наивный вид. Её никто не носил на руках, а уж тем более незнакомый мужчина. Однако бывшая послушница не видела в этом ничего зазорного, так как важен не сам жест, а помысел с которым он был осуществлён.

+1

9

Когда приходится совершать какие-то поступки, выходящие за рамки каждодневных, в этом ощущается какая-то магия. Тебя считают рыцарем в сверкающих доспехах, абсолютно забывая о том, что подобное поведение абсолютно нормально для мужчины. К тому же, большинство людей эпоху рыцарства воспринимают несколько иначе, чем все обстояло на самом деле. Тогда с женщиной мало кто считался, лишь в сказках описывались целые турниры ради одной единственной женщины, довольствуясь в награду ее шелковым платком надушенным ее духами. Современные рыцари ничуть не изменились, по-прежнему беря желаемое и не считаясь ни с кем, вот только их действия квалифицируются как хулиганство. Настоящих мужчин, кто считает, что пропустить вперед входящую в помещение девушку не стыдно, что подать ей руку при выходе из транспорта не является признаком подкаблучника, что помочь в домашних делах не западло и так далее, таких крайне мало, не говоря уже о тех, кто готов проявить гражданскую позицию в отношении хулиганов и вступиться за честь незнакомой девушки. И все же Джеймс всегда надеялся на лучшее, поступая не так, как ему хочется в конкретную минуту, а по совести. Если человек оказался в беде, то нужно помочь, не важно кто это будет: девушка или старик, мужчина или ребенок. Если не помогать друг другу, то вообще в чем смысл жизни? Деньги? Власть? Популярность? Что-то изнутри подсказывало Харреллу, как стоит поступить в той или иной ситуации, словно некий код был заложен в его ДНК еще при рождении.
И пусть его поступки порой кажутся вычурными, напоказ, уж он-то знал их цену. Разве плохо быть героем в отдельно взятых проникновенных глазах? Мужчины всегда такие мужчины. Они совсем другие, начиная от внешних данных и заканчивая складом ума. Многие их поступки не укладываются в головах женщин, вызывая разный спектр эмоций. Он и она такие разные, но все равно вместе.
Вот и сейчас, кто-то станет снимать на камеру мобильного телефона странную парочку, кто-то фыркнет, позавидовав девушке, в то время как сам Джеймс был озабочен вопросом состояния незнакомки. Он не стеснялся быть тем, кто есть, поэтому даже не замедлил шага, услышав смущенный писк девушки. Она что-то там лепетала, пряча глаза и смущаясь и чтобы это понять, не обязательно было смотреть в ее лицо. Тихая робкая речь выдавала ее со всей подноготной. Не тяжело ли ему? Как это мило прозвучало. Конечно тяжело, сейчас Харелл остановится и избавится от своей ноши. Мужчина даже улыбнулся, не теряя концентрации. Очень важно было идти аккуратно, чтобы не уронить ее, эпично поскользнувшись на банановой кожуре. Очевидно девушка окончательно пришла в себя, начиная вести себя как потенциальная жертва обстоятельств, а именно - благодарить, с удвоенной силой. Однако в ее речи проскочила одна фраза, заставившая Харрелла немного нахмуриться. Не часто за него люди молятся, если быть точным, то никогда такого ранее не было. Религия слишком скользкая тема, чтобы поднимать ее вслух, поэтому Джеймс прошел еще немного, прежде чем слегка нагнуться, аккуратно составляя Алессу на землю, готовый в любой момент подстраховать ее и еще раз поймать.
- Я Джеймс, - мужчина улыбнулся новой знакомой, протягивая ей какую-то безделшку, выпавшую из кармана или сумки, - приятно познакомиться с вами. Надеюсь теперь на самом деле все в порядке, - мужчина перевел неловкую ситуацию в шутку, - и раз уж вы желаете меня отблагодарить, то не откажите, составьте компанию за чашкой согревающего чая или кофе, - Харрелл шутливо заложил одну руку за спину, а вторую протянул Алессе, ожидая ее решения. Собственно это не так уж много, особенно если девушка настаивала. И хотя чашка кофе в компании с Харреллом покажется девушке сущим пустяком, тем не менее даже такого знака внимания будет достаточно. Если вообще говорить о цене за жизнь, то врятли кто-нибудь станет отрицать, что она бесценна и награды за нее попросту не может быть.
- Знаю неподалеку неплохое заведение, которое еще открыто в столь поздний час, идем? - Джеймс поджал губы поднимая брови словно это она делала ему одолжение. Хотя Харрелл так и считал на самом деле. Он решил, что если Алесса ответит положительно, то он постарается отвлечь девушку от неприятных мыслей о произошедшем. Это позволит и ему самому на какое-то время обрести компанию, вместо коротания вечера в одиночестве. На языке постоянно вертелся один единственный вопрос, сводящийся к выяснению тех причин, которые толкнули Линдберг на прогулку глубокой ночью. А если бы Джеймс поехал на мотоцикле? А если бы задержался со сменщиком? Даже думать не хотелось о последствиях. Все же что ни говори, а такое понятие как счастливый случай, стечение обстоятельств, совпадение, удача, да как угодно, но это существовало на самом деле. И хотя прямые законы лиги Равновесия запрещают вмешиваться в дела обычных людей, а Джеймс всегда следовал правилам, в данном случае в нем возобладали обычные человеческие качества. Он не собирался пользоваться способностью, она сама по себе защищала его, превращая Харрелла в неуязвимого героя комиксов. Не зря же мужчина выдумал себе позывной Звездный Лорд, теперь нужно оправдывать его.
Между тем погода изменилась, приобретая очертания тихой звездной ночи, когда природа замирает, отдыхая от ураганного ветра, жары или холода. Дневная суета улеглась, наполняя улицы города относительной тишиной и спокойствием. Прохожих практически нет, а те, что еще попадались, куда-то спешили и, почему-то, Джеймс был уверен, что не на танцпол, а домой, к родным, теплу и уюту. Хорошо, когда есть к кому спешить, в отличие от Джеймса, который каждый поход домой растягивал на долгие часы, задерживаясь то со знакомыми, то с мальчишками, живущими по соседству. Прошлое не очень-то спешило вернуться, врачи предупреждали об этом, но Харрелл надеялся, а надежда, как всем известно, умирает последней.

+1

10

Насколько помнила Линдберг, раньше с ней такого не случалось. Не встречала она в подворотне местную шпану и не оказывалась в руках храброго защитника. Жизнь причудливая штука, никогда не угадаешь, что ждёт тебя завтрашним днём. Может, от того она так ценна? Замысел Создателя грандиозен и велик, каждому он предопределил своё место и личную стезю. «Как бы хотелось знать, что ожидает меня за поворотом» Алесса была мечтательницей, от этого было бесполезно открещиваться, но и в публичном признании не было чего-то зазорного. Просто девушка всю жизнь стремилась к практически недостижимому идеалу. Если помогать, то всем без исключения; если любить, то, не деля по полу или мере душевной близости, хотя в этом случае она опять же не дотягивала до собственных стандартов добродетели; если благодарить, то исключительно от сердца, а по-другому она и не умела.
Спустя пару секунд её неумелых попыток не досаждать своим телом человеку, который тащил её на себе, и несколько его шагов, мужчина медленно наклонился и позволил Алессе ощутить почву под ногами. Вроде бы ноги передумали подгибаться и держались стойко. Девушка быстро оправила юбку и плотнее запахнула своё пальто.
- Я Джеймс, - Линдберг вскинула глаза на его лицо и несмело потянулась пальцами к протянутой ей вещи. Он всё предусмотрел, даже такую мелочь и ту не забыл, надёжно сохранив её для хозяйки.
- Спасибо, - Алесса взяла шариковую ручку и улыбнулась в ответ. Нет, она определённо не устанет благодарить этого человека, ведь он совершил чудо самоотверженности, а так же проявил уникальную чуткость.
- Приятно познакомиться с вами. Надеюсь теперь на самом деле все в порядке, - девушка смущённо потупилась, опасаясь, как бы почва вновь не ушла из-под ног. Впрочем, почему-то у неё было такое чувство, что и тогда Джеймс вновь протянет ей руку помощи. - И раз уж вы желаете меня отблагодарить, то не откажите, составьте компанию за чашкой согревающего чая или кофе.
- Оооо... - Линдберг растерянно протянула, будто её ночью звали полюбоваться, как играют солнечные лучи в мозаике Собора Святой Богородицы. Однако сама подача оказалась настолько мягкой и подкупающей, что девушка неосознанно вначале заулыбалась, а затем тихонько рассмеялась, качая головой. Почему-то с ним было до ужаса просто, а ещё чрезвычайно спокойно. Не опоздать бы завтра с утра на работу, однако в свете последних событий Алесса понимала, что неверно оценивала до этого свои приоритеты. Возможно, без её чуткого внимания какой-нибудь пациент не выпьет положенных ему пилюль, и очередная старушка сильно расстроиться, так как некому будет вывести её на свежий воздух. Однако если бы не Джеймс, шведка уже не перешагнула бы порог Центра. Никогда. Девушка с улыбкой присела в реверансе, уподобляясь его галантному отношению, и вложила свою руку в его раскрытую ладонь. - Я с удовольствием.
- Знаю неподалеку неплохое заведение, которое еще открыто в столь поздний час, идем? - Алесса кивнула, удобнее перехватывая свою сумку и стараясь не отставать от широких мужских шагов. Ей было действительно интересно узнать побольше о своём спасителе. А уж чашка ароматного кофе могла помочь взбодриться и до конца оправиться от предельного измождения, связанного с всплеском дара. "Надеюсь, он не придал изменчивой погоде большого значения" Ей совершенно не хотелось раскрывать свою вторую натуру перед незнакомцем и тем самым подвергать лигу Равновесия опасности. Проблема заключалась в том, что Линдберг врать не умела совершенно. Все её попытки сводились к виноватому взгляду и такому красноречивому молчанию, что можно было без слов разобраться, о чём мысленно кричала девушка. Когда же она находила в себе силы связать парочку неправдоподобных доводов, становилось ещё хуже. Мало того, что собеседник всё прекрасно понимал, так ещё и совесть принималась поедом есть.
- Скажите, Джеймс, - Алесса легонько тронула его за плечо, обращая на себя внимание, - вы не ранены? Они не успели причинить вам вред?
Только теперь шведка поняла, до какой степени была неучтива, не вежлива и вообще... "Как же так! Ну, как же так..." Девушка покраснела до кончиков ушей. Почему она раньше не осведомилась о его здоровье? Почему кинулась на помощь к головорезам, в то время, как её спаситель стоял один против них и мог пострадать куда как страшнее! Ужасно! Конечно, девушка понимала, что ориентировалась подсознательно. Визуально на Джеймсе не было ни царапины, в то время как другие катались по асфальту зажимая покалеченные места и воя чуть ли не во весь голос. Но это не оправдывает её саму.
- Как вы оказались на той дороге? - Алесса мечтала услышать захватывающую историю о Божьем проведении, и пусть она будет обделена подробностями и состоять из обычных банальностей, вроде "вышел за хлебом". Пусть... Лишь бы он говорил и своим голосом рассеивал ночью мглу. - Скажите, а вы не спешите? - Она не знала, как лучше изъясниться, не задевая мужчину и одновременно с этим развеивая свои сомнения. - Если вас кто-то ждёт дома, то уверяю, я вполне пришла в себя. Кофе - это прекрасно, но мне не хотелось бы заставлять ваших близких волноваться. Только не подумайте, что я хочу отказаться, - добавила поспешно девушка, слегка взволнованным голосом, - я с большим удовольствием составлю вам компанию, ну, или вы мне...

+1

11

+

http://s2.uploads.ru/8lwX2.jpg
http://se.uploads.ru/bSpoR.jpg

Джеймс улыбнулся, принимая реверанс прекрасной дамы, слегка сжимая пальцы протянутой руки. Всегда приятно чем-то удивить девушку, пусть даже ты с ней не знаком, однако улыбка стоит самого дорогого. Он разогнулся, выходя из шутливо-джентльменского поклона, подтягивая руку Алессы к собственным губам, едва касаясь тыльной стороны ладони. Теперь все правила соблюдены и можно проводить ее...нет, не на бал, а лишь за чашкой кофе. По современным временам и этого порой бывает много, смотря какая девушка повстречается. Что же, со спутницей ему сегодня несказанно повезло, скоротать с ней хоть пару часов будет приятно, чем просидеть у телевизора и там же задремать под энергичную рекламу.
Джеймс предложил дорогу, указав рукой впереди себя, одновременно пропуская девушку немного впереди себя, держась со стороны дороги.
- О, нет, что вы, не беспокойтесь, - он инстинктивно потрогал пальцами собственную челюсть, куда таки угодил один пропущенный удар, - я в полном порядке, вот только, - он не на долго умолк, словно не решаясь что-то сказать, а затем продолжил, - обращайтесь ко мне на "ты", а то я себя чувствую стариком, - мужчина шутливо хохотнул, бросая короткие взгляды на спутницу. Официальный тон всегда дистанцировал людей и не было абсолютно никакого смысла в данной ситуации, однако если же Алесса предпочтет оставить все как есть, то он настаивать не станет.
В который раз последовал вопрос, каким же образом так получилось, что он удачно так встрял в разборки и предотвратил несчастье. Иногда казалось, что ответ похож на заранее заученный текст, но никак иначе объяснить все не получалось.
- Обычно, в таких случаях говорят про случайности, но если честно, я этой дорогой довольно часто возвращаюсь домой. Так получается срезать путь, вот и все, - он даже пожал плечами и хотя этот жест так и останется за кадром Джеймс прежде всего сам себе произносил те же самые слова, что и Алессе. Словно проверял на веру, правдоподобны ли они. На самом деле мужчина не врал, но порой в такие простые признания труднее всего верится, особенно если люди узнают о наличии транспортного средства. Похоже, что современный человек не особенно готов доверять, во всем ищет подвох. А что если Харрелл просто любит проводить время на улице, дышать воздухом, быть среди людей, отчаянно пытаясь вспомнить хоть что-то из собственного прошлого? Неужели это звучит так фантастично? Лично сам Джеймс так не считал, но дабы избежать не нужных подозрений, он предпочел не говорить о мотоцикле, - позвольте и мне задать вам вопрос, Алесса? А, что такая девушка как вы делали в том темном переулке, ведь довольно опасно бродить одной в столь поздний час. - Он посмотрел на нее, не ожидая исповеди, однако все же было любопытно, чем черт не шутит. К тому же, они почти пришли, еще пару десятков метров, повернуть за угол и то самое заведение, о котором упоминал мужчина встретит путников мерцающей подсветкой. Ее вопрос заставил улыбнуться с налетом грусти в глазах. Наверное он был бы безумно счастлив, если бы дома его кто-то ждал и не бродил бы до поздней ночи, а бежал домой и был совсем как остальные люди, которым не хватало в сутках времени.
- Я бы очень хотел, чтобы меня кто-нибудь ждал, - почему-то в этот момент мужчина видел перед собой как минимум двоих малышей, встречающих своего отца со счастьем в глазах. Как тянутся к штанам их маленькие ручки и звонкий смех разносится по всей квартире. Но вместо этого в квартире тишина и эхо, - у меня только старенький фикус или кактус, я не разбираюсь в растениях, - Джеймс вовремя поймал себя на мысли, что не стоит беспокоить постороннего человека своими несбывшимися мечтами и исправился, придавая голосу прежних веселый тон, - вот только он не сильно-то радуется, когда я прихожу. А еще постоянно падает, раскидывая землю из горшка, - они как раз свернули за угол и Джеймс увидел то самое заведение, куда он вел свою новую знакомую.
Оно не слишком походило на шикарное кафе или ресторан, такие места для него были не по карману. Возле входа стояла компания молодых людей, предпочитающих травиться сигаретами на улице. Они что-то живо обсуждали, а изредка по округе разносился их смех. В какой-то момент Джеймс решил, что этот бар отпугнет Алессу, ведь по ее виду и не скажешь, что она завсегдатай подобных мест, нет, скорее всего все совсем наоборот, поэтому он решил немного успокоить ее.
- Не волнуйтесь, Алесса, здесь отличное кофе и приличный контингент, - он заглянул девушке в глаза, чтобы она поняла, что ему можно доверять и если что-то произойдет, то он ее защитит. Джеймс потянул ручку двери на себя, пропуская внутрь девушку первой.
Даже в столь поздний час в этом баре было много людей, однако Харреллу удалось заметить освободившийся столик, он, забывшись, взял Алессу за руку, потянув за собой, чтобы она не отстала и не растерялась. Почему-то Лорд ощущал ответственность за нее и хотел, чтобы этот вечер ей запомнился не нападением, а кофейным ароматом и приятной беседой. Лишь тогда, когда они протиснулись сквозь снующих людей, Джеймс отпустил руку, немного тушуясь, - извините, - сказал он за свою выходку, но в следующее мгновение уже отодвигал стул перед девушкой, - прошу.
Официантов здесь как таковых не было, поэтому заказ придется забирать самому, но в этом нет сложностей, главное выбрать то, чего им захочется из меню, аккуратно сложенных на краю стола.
- Не торопитесь с выбором, тут все очень вкусное, - Джей знал это из своего опыта, так как частенько сюда наведывался и успел многое попробовать.

Отредактировано James Harrell (2017-06-27 00:50:56)

+1

12

Эта ночь запросто могла бы подпасть под категорию одной из самых страшных, если бы не одно «но». И это «но» только что спустило её с рук и теперь шагало рядом. Не будь Джеймса, и Алесса рисковала бы не увидеть следующего дня. Сложно утверждать это наверняка, но все предпосылки указывали именно на этот печальный исход. Обычно девушка не была против перехода на «ты», так действительно было проще, но и предлагать такое самой, да ещё человеку, которого, считай, не знает, никогда не решилась бы. Услышав же слова своего спасителя, она с радостью кивнула и улыбнулась с видимой долей облегчения.
- Значит, я буду молиться о том, что бы каждая случайность в вашем… - она на миг запнулась, после чего поправила сама себя, - в твоём будущем, была настолько счастливой, как и в моём случае, - Линдберг скромно опустила глаза, глядя на тротуар и стараясь не отставать от Джеймса. А затем грустно улыбнулась, поднимая лицо к тёмному небу и, как будто, размышляя обо всех причудах судьбы, которые нежданно-негаданно происходят с людьми. – Я тоже решила срезать этой дорогой. Обычно я не хожу по улицам так поздно, но сегодня поступил вызов. Заболела маленькая девочка, и это грозило осложнениями. Не тащить же ребёнка ночью на другой конец города? Естественно выбора у меня не было… Хорошо, что всё обошлось, - последние слова могли в равной степени относиться и к больному ребёнку, и к самой Алессе, но говорила она о сегодняшнем дне в принципе. Господь не оставляет своих детей, он присутствует в их жизнях каждое мгновение. Как иначе объяснить то, что именно она отправилась на вызов? А уж в том, что сам Джеймс был послан ей свыше, Линдберг не сомневалась ни секунды.
- Он так привлекает к себе внимание, - девушка негромко рассмеялась, после его рассказа о комнатном растении, - заведи ему пару, только сначала определись всё-таки: фикус или кактус.
Не смотря на то, что Линдберг старалась говорить позитивно, одиночество – это не та штука, которую все могут переносить легко. К сожалению, иногда жизнь складывается не лучшим образом, и просто нет возможности быть рядом с теми, кто ждёт, ценит и любит. Причины для этого бывают разные. Кто-то просто не нашёл своего человека, а кто-то уже потерял. Но в любом случае, Алесса пребывала в полной уверенности, что у такого хорошего человека, как Джеймс, всё сложиться отлично, ведь каждому воздаётся по его деяниям. Когда миновал очередной поворот, глазам девушки и её спутника предстала живописная картина, как будто сошедшая со страниц журнала о приятном досуге. Неоновая вывеска, переливающаяся ярко-красным светом, притягивала взгляд и одновременно с этим отпугивала своей очевидностью – бар. Не кафе, не ресторанчик, а именно специализированное место для возлияний поздним вечером или даже ночью. Линдберг замедлила шаги, настороженно глядя на весёлую компашку, обосновавшуюся около входа. Она никогда не осуждала людей, что предаются порокам. Это их выбор, за который они заслуживают жалости, но никак не ненависти. Одним порицанием ничего не добиться, а вот показать хороший пример и просто поговорить по душам, бывает куда как эффективнее.
- Не волнуйтесь, Алесса, здесь отличное кофе и приличный контингент, - мужчина проникновенно заглянул ей в глаза, от чего девушка смутилась ещё сильнее. Если Джеймс так говорит, значит это действительно правда, никаких сомнений она не испытывала.
- Не волнуйся… - шведка усмехнулась, смело делая шаг вперёд, как будто решила дать последний бой своей природной застенчивости. – Мы ведь на «ты», правильно..?
И тут же скромно потупилась, понимая, что проигрывает, если не войну, то это сражение точно. Страха она не питала, да и чего ей бояться теперь, когда рядом с ней человек, который раскидал в разные стороны её обидчиков? Алесса мягко улыбнулась, проходя внутрь заведения и ещё раз убеждаясь, что ей попался один из лучших представителей мужской части населения. Мало того, что способен постоять за себя и за более слабого, так ещё и обладает привычками галантного человека. Линдберг не относилась к тем девушкам, которые считали, что приоткрытая дверь или придвинутый стул имеют особый вес при общении мужчины и женщины. Всё-таки она росла в толерантной Европе, напичканной феминизмом доверху, так что ни в коем случае не считала, что кто-то, зависимо от своей половой принадлежности, обязан делать хоть что-то для другого. Но с другой стороны, подобное отношение было приятно, отрицать это глупо, да и не нужно. Девушка прошла в бар, осматриваясь по сторонам и примечая свободные места, коих не было, кажется, и в помине. «Должно быть, здесь и правда отличный кофе, раз людей в столь поздний час, что селёдок в бочке» Внезапно она ощутила тёплое прикосновение к своей руке, а затем Джеймс повёл её сквозь гуляющую толпу к свободному столику.
- Извините, - Алесса удивлённо заморгала, не совсем понимая, за что он просит прощения. Она с благодарной улыбкой присела на самый край стула, который опять же придвинул ей Джеймс, - прошу.
- За что же вы извиняетесь? – Шведка действительно терялась в догадках, а потому постаралась улыбнуться как можно искренней, забывая, что по-другому всё равно не умеет. Меню её мало интересовало, но чтобы не показаться невежливой, девушка раскрыла его, быстро листая страницы в конец, где были обозначены все напитки. – Кофе – то, что нужно. Капучино, если можно, сладкий, - она всегда была сладкоежкой и никак не могла отучить себя от этой пагубной привычки. Особенно сильно проявлялась её тяга после всплеска сверхсилы, как будто организм сам подсказывал, что ей необходимо поднять уровень глюкозы в крови, чтобы не свалиться в очередной обморок. – Уверена, всё остальное так же достойно всяческих похвал, но я не голодна, благодарю вас.
Линдберг вдруг встрепенулась, быстро прикладывая раскрытое меню к губам, что бы скрыть смущённую улыбку, а затем набралась смелости и отложила его в сторону.
- Джеймс, мы же вроде перешли на «ты»… Извини, просто никак не привыкну. Ты часто здесь бываешь? – Алесса продолжала с интересом осматриваться, периодически поднимая глаза на мужчину, но с каждым разом ощущая, как румянец всё сильнее начинает заливать её щёки. – Ты же работаешь где-то неподалёку, а кем, если не секрет?

+1

13

Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы почувствовать неуверенность в своей спутнице, как только она увидела вывеску бара. Словно подобные заведения являлись для нее своеобразным табу - местом сосредоточения вселенского зла, лжи и разврата. Джеймс ощутил как кровь прилила к лицу, когда она таки вошла в заведение и пусть здесь все всегда было прилично и спокойно, чувство змея искусителя прочно засело в мозгу. Благо из-за рассеянного света девушка не могла видеть его стыдливые глаза, потому что в этот момент спешила за ним. У нее не было даже шанса отказаться, так как Джеймс держал за руку, однако Алесса даже не попыталась высвободить свою руку, тем самым доверяясь новому знакомому. Вся эта обстановка, все заведение, казалось Алесса не создана для подобных мест, слишком  скромна, слишком чиста и это до глубины души поразило Харрелла с первых мгновений знакомства. То, что девушка религиозна Джеймс понял не сразу и от того чувствовал себя еще хуже. И все же она не ушла, более того, села на отодвинутый им стул и потянулась к меню.
- Дда, я просто не был уверен, что ты согласна перейти на "ты", - он посмотрел в ее глаза, ища там успокоения,- и...я тебя взял за руку, даже не спрося разрешения, не позволил отказаться, поэтому и..,- что-то Харрелл все сильнее стал ощущать себя маленьким мальчиком, который не выучил уроки и его спросили. Объяснять причину извинений всегда сложно, особенно мужчине, особенно перед женщиной, поэтому Джеймс мялся как первоклашка. Лишь когда Алесса решила просмотреть меню он незаметно выдохнул, оглядываясь по сторонам, ассортимент местного заведения ему был более чем знаком. Посетителей здесь всегда было слишком много, чтобы две официантки справлялись с заказами быстро. Обе в данную минуту оказались заняты, но Харрелл поднял руку вверх, привлекая внимание одной из них. Девушка улыбнулась и коротко помахала рукой в ответ, приветствуя своего знакомого, теперь можно было не беспокоиться о том, что им дадут умереть от жажды и голода.
- Достаточно часто, - мужчина кивнул, вновь поворачиваясь к Алессе, переключая все внимание только на нее, - по вечерам у меня масса свободного времени, которое я предпочитаю проводить тут, нежели в пустом доме.
Бар был далеко не новым, видавшим виды, но от этого интерес к нему не ослабевал. Каждое фото, висящее на стене принадлежало не только владельцам, но и обычным посетителям, они рассказывали всю историю от самого открытия и до настоящего времени. Нужно отметить, что общий дизайн можно смело причислить к категории консерватизма, духа старой Америки. Джеймсу нравилось здесь бывать, нравилось наблюдать за посетителями, нравилась атмосфера уюта. Не много осталось в Нью-Йорке тех заведений, где не встретить в стельку пьяных подростков, перетягивающих руку повыше локтя жгутом, дабы вечер прошел незабываемо, здесь нельзя оглохнуть от музыки в стиле техно, так сильно похожей на конвульсии эпилептика, хотя бы потому что ее тут вовсе нет. Есть старенький автомат, который сыграет любую мелодию из собственного репертуара за монету, но особый контингент людей за пятьдесят не часто прибегают к местным увеселениям, предпочитая играть в карты, кости или же просто вести беседу.
- Не секрет, - он сложил локти на крышке стола, с полуулыбкой отвечая на вопрос про работу, - я работаю в охране. Слежу за тем, чтобы никто ничего не украл, все серьезно, - последние слова он произносил с откровенной веселой улыбкой. Возможно причина ее появления Алессе покажется непонятной или даже не уместной, вот только Джеймс не видел в подобной работе ничего военного и важного. Обычное проведение времени уткнувшись в какой-нибудь гаджет с обходом территории раз в час. Да, иногда приходилось не спать ночью, дежурить сутками и без напарника, но все же, в мире существовали и более ответственные профессии, серьезные и даже опасные. Иной раз Харрелл чувствовал себя халявщиком, но пока сделать ничего не мог, стоило хоть немного встать на ноги, прежде чем искать правды в государственных структурах, - у нас даже пистолеты есть, - и новая улыбка, словно вместо оружия в кобуре зеленые пупырчатые огурцы, - позволь теперь кое-что спросить и мне,- он придвинулся ближе, чтобы ни единая живая душа не могла подслушать их разговора, хотя по сути до молодой парочки за столиком в самом углу, никому не было дела.
- А это нормально, что за тобой не прислали машину в столь поздний час? Я так понимаю ты в больнице работаешь, - Джеймс сказал наугад, но почему-то ему казалось, что специфика работы Алессы просто обязана быть связана с помощью людям, - нет, я все понимаю, но машина с мигалкой намного практичнее же, нет? Как это так, красивую девушку отпустить в ночь без сопровождения,- периферическим зрением он заметил знакомый образ в униформе, Харрелл отвлекся, переведя взгляд, попутно начиная улыбаться.
- Добрый вечер. Вы уже определились?
- Здравствуй, Джэсс. Можно нам кофе, один капучино сладкий, один американо и два клубничных десерта. Спасибо, - он проводил официантку взглядом, возвращаясь к разговору.
- Ну как тебе здесь? - Мужчина все еще переживал как себя ощущает спутница, ему не хотелось, чтобы ее что-то волновало или заставляло испытывать напряженность, хотя бы потому что на них никто и уже давно не обращал внимания.

+1

14

Алесса никогда сознательно не избегала подобных мест. Бары, клубы, шумные сборища народа – ей просто там было неуютно, вот и не ходила. Что может быть проще? Но вместе с тем, девушка никогда не внушала окружающим, что на танцполе их неприлично извивающиеся тела может заметить Дьявол и положить глаз на душу. Глупости это были. Бог всегда видит всех своих детей и оберегает от пороков. Правда не всегда это бывает очевидно. Сегодня же девушка не чувствовала, что это место её отталкивает и ходить сюда не следует. Да, здесь был алкоголь, несомненно, тут могла случиться пьяная драка или ещё что похуже, но ведь рядом с ней находился человек, который уже успел один раз спасти жизнь. Так чего же бояться? Поэтому Линдберг не была против, когда Джеймс завёл её в это местечко, а даже если бы и была, возмущаться вслух она не умела. Девушка мягко улыбнулась, слушая его пояснения, и промолчала. Кажется, мужчина так же немного смутился от её вопроса, продолжать тему было бы некультурно. Вместо этого она принялась с интересом слушать его рассказ о своей работе.
- Не секрет, - Алесса увидела его приятную улыбку и чуть осмелела, - я работаю в охране. Слежу за тем, чтобы никто ничего не украл, все серьезно.
- Это полезная работа, правильная и достойная уважения. – Шведка говорила серьёзно, хотя его тон и не подразумевал подобного. – Не стоит думать, что ты занимаешься ерундой. Всякий праведный человеческий труд несёт пользу обществу.
- У нас даже пистолеты есть, - кажется, мужчина продолжал веселиться, но Алесса реагировала не так, как обычная девушка. Во-первых, она всегда всем верила на слово, если не была убеждена, что человек врёт. Да и тогда, скорее, списала бы всё на чистейшее заблуждение, в котором прибывает лжец, чем на его осознанную попытку обдурить её. А во-вторых, оружие – это страшно. Глаза девушки распахнулись с волнением глядя на Джеймса.
- Нужно быть аккуратнее с этим, пистолет – дело серьёзное. Должно быть, ты охраняешь какой-нибудь важный объект, тогда тем более не следует пренебрежительно относиться к своей работе, - Алесса чуть смутилась, понимая, что начинает поучать своего внезапного спасителя. Она кротко улыбнулась, опуская взгляд, а когда Джеймс подсел к ней поближе, робко подняла на него глаза, ожидая ответных слов, чтобы не лезла со своей наукой. Однако этого не произошло. Мужчина был тактичен и учтив, чем вызвал долю облегчения.
- Позволь теперь кое-что спросить и мне, - шведка быстро кивнула, желая поскорее реабилитироваться. - А это нормально, что за тобой не прислали машину в столь поздний час?
- Так получилось… - женские щёчки вспыхнули ярким румянцем. Она не проводила официальный осмотр. Её смена закончилась часа три назад, но оставить без помощи страждущего было выше её сил. Мужчина продолжил размышлять вслух относительно её работы, чем заставил Линдберг, улыбаясь, медленно покачать головой. – Всё совсем не так. Я ещё не дипломированный специалист. Что бы продолжить обучение, нужно перевести документы из Шведского ВУЗа, а это опять же время. Я работаю не в больнице, а в Кризисном центре помощи для женщин. После эпидемии многим нужна помощь и поддержка. Сотни семей осиротели… - девушка поймала себя на мысли, что начинает волноваться и рассказывать такие подробности, что могут быть не интересны Джеймсу, поэтому прервалась на полуслове и, сложив руки на коленях, потупилась, будто ученица, завалившая предмет. – Просто никто больше не соглашался ехать на другой конец города, а у одной из наших посетительниц уже после выписки заболела малышка, ну, вот и я… Ей же нельзя было самой добираться к нам, а мне потом до дома ближе, чем остальным. Хотя, конечно, я не имею пока права полноценно проводить диагностику и лечить, но я многое знаю. – Алесса с волнением взглянула на своего собеседника, словно убеждала его в правомерности своих действий и боялась, что он заявит куда следует. Комплимент мужчины по поводу своей внешности, Линдберг сочла знаком хорошего тона, не более, так что не стала заострять на нём внимание. Внешность у неё была самая обычная, но, как известно, негодяям всё равно кого грабить – красавицу или старушку. В любом случае без Джеймса ничего хорошего её не ждало в той подворотне.
Когда к ним подошла официантка, Алесса стушевалась окончательно и не поднимала глаз с поверхности стола, пока мужчина озвучивал их заказ. Правда, в него как-то случайно угодил клубничный десерт, но сладкого хотелось до жути, поэтому девушка не стала отнекиваться, хотя цвет её лица уже давно приобрёл тесное сходство с той самой клубникой.
- Ну как тебе здесь? – Линдберг ещё раз смущённо окинула взглядом бар, подмечая новые предметы, который как не странно превосходно вписывались в интерьер, не резали глаза кислотными цветами и не имели никакого скрытого подтекста, вроде откровенных плакатов полуобнажённых моделей, как того подспудно опасалась девушка, идя вслед за своим спутником.
- Тут уютно. Тихо и живо одновременно. – Алесса говорила ровно то, что чувствует. – Приятно пахнет кофейными зёрнами и чем-то сладким. Булочки с корицей? Люди наслаждаются беседой друг с другом, а не сидят придатками к своим гаджетам. Ты знаешь, а мне здесь нравиться, - Она широко улыбнулась, глядя прямо в его глаза. Могла бы, кстати, и добавить, что воздух в этом месте подобен морским волнам – тихо плещется, без брызг и завихрений, касаясь лёгкими волнами, насыщенными ароматами кухни, каждого посетителя. – Я раньше никогда не видела подобных заведений. А может, просто проходила мимо? Знаешь, Джеймс, иногда мне кажется, что я не знаю этот мир, хотя и стала уже свидетельницей многих удивительных событий. Здесь, правда, замечательно, но неужели ты проводишь в этом баре всё свободное время? Чем ещё увлекаешься?

+1

15

Десерт

http://s2.uploads.ru/UVqL3.jpg

Каждая работа важна, каждая работа почетна. Такого постулата придерживался Джеймс с того самого момента, когда впервые смог думать о работе. Естественно это удобное оправдание любому занятию, которым только можно заниматься в жизни и он абсолютно не стыдился того, что работа простым охранником не слишком прибыльна и приглядна для тех людей, кто мечтал купаться в собственном банке как Скрудж Макдак из диснеевского мультфильма. Некоторые относятся к этой сфере занятости со скепсисом и, вполне возможно, что их позиция оправдана, ведь по сути своей охранник большую часть времени проводит за не слишком интересным занятием, убивая время путем разглядывания случайных прохожих или посетителей и обходами собственного объекта. Здесь не требовалось прилагать каких-либо умственных усилий или физических, однако все это верно лишь до той поры, пока не случается что-нибудь, что выходит за рамки дозволенного правоохранительной системой Соединенных Штатов. И вот тогда охранник проявляет всю отвагу и смекалку, напрягает память и мозг, чтобы правильно сделать свою работу. Бывали случаи, когда приходилось жертвовать своей жизнью за правое дело, защищая вверенное имущество и то, что Джеймс не слишком серьезно отзывался о собственной профессии вовсе не означало, что он халатно делает свою работу. Даже в самые тяжелые времена он все равно будет стараться смотреть на ситуацию под другим углом и выискивать какие-то положительные моменты. И слова Алессы в этом находили свой отклик за одним лишь исключением - Харрелл никогда не относился к работе пренебрежительно, чем бы не занимался. Ответственность у него в крови, в противном случае разве можно было называть себя негласным помощником полиции, если относиться к чему-либо не серьезно.
Джеймс видел смущение девушки, мягко с полуулыбкой глядя на нее, стараясь не слишком пристально рассматривать, дабы она не почувствовала неудобства. Где-то чуть впереди, ближе к выходу послышался сокрушенный вздох и чье-то ликование. Несколько мужчин оживленно обсуждали какую-то тему и, по всей видимости, кто-то из них только что проиграл в доводах, нехотя заливая поражение глотком пенного пива. Джеймс перевел на них взгляд и усмехнулся, хотел бы и он поучаствовать в столь жарких дебатах, но увы, пока знакомых, а тем более друзей в Нью-Йорке у него не было. Точнее они конечно же были, вот только он ничего не помнил о их существовании, да и в больнице его навещало лишь пара человек. Похоже он был не слишком общительным парнем, чего не скажешь по сегодняшнему Джеймсу. Балабол да и только.
- Отзывчивость и доброе сердце всегда находили путь к цели. Возможно сейчас в мире кажется, что все крутится вокруг денег, да, это действительно так, но существуют и такие люди как ты, которые не смотря на собственные нужды ради других людей рискнут всем. Это здорово! - он кивнул, показав рукой с оттопыренным большим пальцем "класс", вновь возвращаясь к компании, внимательно и с увлеченностью выслушав рассказ Алессы, - ты удивительная девушка. Мир намного больше и удивительнее, чем мы думаем, не замечая порой простых мелочей, - Джеймс накрыл ее одну руку своей, согревая собственным теплом и тем самым проявляя участие, ведь  иногда даже самое очевидное наше решение вызывает сомнение и неуверенность, поэтому очень важно знать, что ты все сделал правильно. Краткий тактильный контакт был прерван подошедшей официанткой, отвлекая на себя все внимание. Джеймсу  определенно нравилась эта девушка. Было в ней что-то такое неуловимое и, вместе с тем, легкое, нежное, чистое, что привлекало внимание, но мужчина не стал смущать свою знакомую еще сильнее своим пристальным пронзительным взглядом, любуясь ею по-тихому - короткими взглядами.
- Рад, что тебе здесь нравится. Уж не знаю в чем секрет, но тихая уютная обстановка просто притягивает. Иногда я просто наблюдаю за другими посетителями. Например вон за теми, - он кивнул в сторону стола с компанией, слегка наклоняясь над столом, словно собираясь сообщить Алессе секретную информацию, - они собираются тут по вторникам и четвергам, что-то бурно обсуждают, иногда играют в карты, но всегда одной компанией. Мне кажется они отличные друзья, которые сбегают от своих жен, дабы посидеть одной дружной компанией за покером, а дым от сигар окутывает все вокруг, создавая впечатление секретности и коварства, - усмехнувшись Джеймс принял привычное положение с видом эдакого всезнайки, - а официантка, которая брала у нас заказ, Джесс, постоянно что-то разбивает на кухне и иногда путает заказы, но она довольно приятная и улыбчивая девушка. А повар и вовсе добряк. Хью выручал меня не раз, было время, что даже работу предлагал, представляешь меня в поварском колпаке и фартуке? - Джеймс засмеялся, представив эту картину, - я как слон в посудной лавке, честное слово. Единственное, что я могу, так это уплетать его стряпню за обе щеки. О, а вот и наш заказ, - от кухни и через весь зал шла та самая Джесс, о которой упоминал Харрелл. На ее подносе стояли две чашки кофе и две креманки с десертом, вот только девушка намеревалась завернуть со всем этим добром явно к другому столику. Пришлось мужчине поднять руку и привлечь внимание официантки на себя.
Вскоре все стояло уже на столе, Джеймс выждал несколько секунд, прежде чем они с Алессой останутся в своей маленькой компании, после чего подал небольшую десертную ложку девушке. Свою же он демонстративно воткнул прямо в середину десерта, придвигая к себе ближе кофе.
- Всегда так делаю, - объяснил он собственный поступок, считая это необходимым, - не знаю откуда у меня это, но похоже, что уже превратилось в привычку. Это как в детстве, когда ты хочешь проверить, тонет ли батончик Милки вэя в молоке или это очередное вранье взрослых.
Всегда и во все века лишь две вещи были вкуснее - чужая еда и еда, которая красиво оформлена на тарелке. И если с первым утверждением можно поспорить, то со вторым достаточно трудно, особенно если повар любит свою работу и всегда стремится к совершенству. Клубничные кусочки красиво оформляли креманку по кругу, сочетаясь со сливками и наполнением по цветовой гамме. Мятные листики сверху придавали десерту сочности и приятный привкус, вызывая вкусовое удовлетворение одним своим видом. И хотя Джеймс прекрасно знал этот десерт в каждой составляющей, но все равно каждый раз пробовал его как впервые.
- Могу поспорить на всю свою зарплату, что тебе понравится и ты станешь постоянным посетителем тут,- он подмигнул девушке, отправляя первую ложку десерта в рот довольно прикрывая глаза. Мягкий бисквит в сливках так и таял во рту, оставляя приятное послевкусие, ягоды отлично дополняли десерт, придавая ему необходимый оттенок кислинки. В дополнение ко всему на дне креманки притаились орешки как сюрприз в рождество. Даже самый любимый кофе отходил на второй план по сравнению с клубничным трайфлом, поданным от любимого шеф-повара. Его хотелось растягивать бесконечно, наслаждаясь каждой ложечкой удивительного блюда. За все время после больницы уже успел понять, что подобное удовольствие ему более чем нравится и на него можно было спустить последние копейки от зарплаты и суждения о том, что всем мужчинам подавай только мясо, не верны в корне. Мужчины, порой как дети, также любят сладкое и удивляются маленьким приятностям.
- Ради такого десерта и атмосферы я и прихожу сюда, - он довольно осмотрел помещение, согласно своим мыслям качая головой, - но на это уходит конечно же не все мое свободное время.- Вопрос об увлечениях поставил Джеймса в тупик, хотя он не подал виду. Что он мог рассказать, если ничего не помнит? На данный момент все его увлечения были направлены на поиски собственной памяти, но врятли это подходило под понятие "хобби", а грузить девушку слезными рассказами и собственной судьбе он не собирался, ей это ни к чему, ровно как и остальным его знакомым, - в основном читаю, у меня, на самом деле не так уж много свободного времени. Занимаю его работой, подменяя парней, наверное такого уж интересного занятия нет, - мужчина пожал плечами, запуская ложку в десерт, - стараюсь больше бывать на свежем воздухе, посещать какие-нибудь интересные места в Нью-Йорке, может быть когда-нибудь соберусь попутешествовать. Я не слишком загадываю на будущее, предпочитаю жить каждым днем. А ты? - он посмотрел на Алессу с интересом, - чем увлекаешься, как проводишь свободное время? Музыку любишь, фильмы? А может любишь танцевать? - словно как на первом свидании, когда влюбленные или идущие к этому прекрасному чувству только прощупывают наличие общих интересов и тем для разговора, задавая подчас не совсем остроумные вопросы, - ты в Штатах только для учебы или перебралась сюда на постоянное место жительства?

+1

16

Мир полон прекрасного. Каждый его поворот таит в себе что-то неизведанное ранее, и если хорошо смотреть, не глазами, о нет - сердцем, то можно разглядеть капельку добра даже в самой нелицеприятной на первый взгляд вещи. Кто-то проходит мимо бродяжки в драных лохмотьях, пренебрежительно отворачивая лицо, а другой остановит свой взгляд чуть дольше и станет свидетелем трогательной сцены, как этот самый бездомный достаёт из-под куртки котёнка или щенка и кормит его тем, что успел выпросить у благополучных сограждан. Бывает и такое, что закоренелый ворюга отдаёт последнее, лишь бы помочь старенькой бабульке, встреченной случайно на улице, протянуть на жалкие пенсионные гроши, просто потому что та мать ему напомнила. А бывает такое, что удивляет не человек, а место. Сколько красоты таиться в ночной аллеи заброшенного парка, когда шелестящие листья играют в лунном свете, отбрасывая причудливые тени и создавая свой уникальный рисунок на разбитой брусчатке. Прислушаешься, а рядом выводит свою трель соловей, наполняя весь парк и целый мир волшебными красками. Встретишь ли такое средь бела дня? Даже дети играть там не станут. Впрочем, как раз они-то и являются главным украшением этой жизни. Чистые, наивные души, что беззаветно верят в чудеса. Прийти на помощь одному такому ангелочку, чьё сердце бьётся ради улыбки матери - да ради такого Алесса готова была рискнуть своей головой ещё раз и ещё, даже не зная, что Джеймс совсем неподалёку и придёт ей на выручку.
Шведка смутилась от незаслуженной по её мнению похвалы в свой адрес, но ещё больше её поразил нежданный жест собеседника, который вдруг накрыл её холодные пальцы своей ладонью. Тут уж девушка вообще не знала, куда деть свои глаза. С ней никто себя так не вёл. Или вёл, а она не замечала? Ей было приятно ощущать тепло его руки, а затем настигло глубинное воспоминание. Давно, ещё в Шведции, она была на исповеди у старого священника, который славился своим аскетизмом, небывалой праведностью и многими знаниями, что подарили года, проведённый в стенах монастырской библиотеки. Отец Бенедикт, так его звали. Именно подобным жестом он благословил маленькую девочку. "Бог с тобой, дитя" - простые слова, но как много теплоты в них вложил этот старец, а сколько участия было в мудрых глазах! Это до такой степени поразило маленькую Линдберг, что она пронесла эту память о трогательной заботе через всю сознательную жизнь. И вот же странно, повторилось, только с практически незнакомым человеком. Возможно, Джеймс был близок по духу с давно почившим монахом. Это ещё больше располагало девушку к своему собеседнику. Она не была мастерицей красиво говорить, но слушала всех с превеликим удовольствием, понимая, что каждое сказанное человеком слово есть не что иное, как частичка его мировосприятия. Сейчас Алесса была с упоением погружена в рассказы своего нового друга. Ведь он друг же, верно? Кем ещё может быть человек, который рискнул ради неё собственной жизнью. Именно друг, перед которым Алесса навсегда будет в неоплатном долгу. Джеймс оказался поразительно наблюдательным. Он так интригующе вёл своё повествование, что шведка тут же захотела обернуться, что бы посмотреть на группку мужчин, коротающих здесь свой вечер, познакомиться ближе с официанткой Джесс и отведать стряпню местного повара. Ей казалось, что на миг смогла заглянуть в приоткрытую Джеймсом дверь в другую вселенную – тихую, размеренную, полную спокойствия и какой-то приятной суеты, что и составляет львиную часть человеческой жизни.
- У тебя очень приятный смех, - внезапно для самой себя призналась девушка с задумчивой улыбкой. А затем, быстро смутившись, мотнула головой и продолжила в более уверенном тоне. – А почему нет? Тебе бы пошёл поварской колпак, а Хью научил бы готовить.
Алесса скромно улыбнулась и замерла, приметив, что мужчина подаёт кому-то сигналы. Пока официантка расставляла на их столике заказ, шведка не проронила не слова, разглядывая аппетитные креманки с десертом. Но стоило молодой девушке в белоснежном переднике отойти от них на пару шагов, как её новый друг протянул ей ложечку.
- Благодарю, - Линдберг неуверенно перехватила столовый прибор и, с плохо скрываемой улыбкой, принялась наблюдать, как обходиться со своим десертом Джеймс. Его пояснения показались девушке настолько искренними, что даже будь у неё хоть грамм недоверия к этому человеку, оно бы испарилось и никогда более не тревожило её сердечко. – Всё идёт из детства, и привычки, и вкусы, и наше отношение к этому миру.
Сама Линдберг плохо помнила свои первые годы в интернате и то, как попала к сестре Ирме. В основном все воспоминания зиждились на рассказах её приёмной матери. Однако лет с семи Алесса уже ничего не забывала, отличаясь чуть ли не феноменальной памятью. Существует выражение «ветер в голове», и к ней оно было применимо как нельзя лучше, практически в буквальном смысле, но это не повлияло на усидчивость и умение всё схватывать на лету.
- Могу поспорить на всю свою зарплату, что тебе понравится, и ты станешь постоянным посетителем тут, - девушка вежливо улыбнулась, наблюдая, с каким удовольствием Джеймс принялся за свой десерт. Признаться, и ей уже не терпелось попробовать этот шедевр кулинарии, от которого исходил божественный аромат свежих фруктов с лёгкой молочной аурой. Она несмело подцепила ложечкой на самой кончик и отправила в рот. Такой вкуснятины Алесса не еле сто лет! Девушка тут же повторила процедуру, на этот раз зачерпывая уже больше десерта. Изумительный вкус, в котором сочетался каждый ингредиент, да так удачно, будто были созданы специально для этого.
- О! Это просто великолепно, - шведка восторженно взглянула на мужчину, вновь запуская миниатюрную ложечку в свою креманку. – Я действительно рискую привязаться к этому месту, и не только из-за еды, атмосфера здесь невероятно уютная, да и первое знакомство прошло в такой приятной компании…
Ей было интересно слушать своего собеседника. И пусть особыми красками жизнь его не отличалась, но кое-что общее у них было.
- Нью-Йорк очень красивый город с богатой историей. Мне нравится постепенно изучать его, так что редкие прогулки всегда приносят море удовольствия. – Алесса уже полностью расправилась со своим десертом, даже не заметив, как тот подошёл к концу до такой степени он был вкусным. Она положила ложечку на блюдце и придвину к себе кружку кофе, осторожно грея об неё руки. Почему-то те всегда были холодными, хотя зябла шведка довольно редко, ведь даже пронизывающий ветер не приносил ей особых неудобств. – Правда я пока больше читала о нём, чем видела лично, но надеюсь исправить это когда-нибудь. Я… - Алесса уловила на себе заинтересованный мужской взгляд и опустила глаза на свои пальцы, - я ни разу в жизни не танцевала, не умею… - на губах появилась извиняющаяся улыбка, а голос стал более тихим, - так что не знаю, нравится мне это или нет. У меня и нет-то особенно свободного времени. С утра и до позднего вечера я на работе в Центре, выходные... да у меня их и нет практически. - Девушка сконфужено пожала плечиками, понимая, что выглядит законченной трудоголичкой, но такова уж была её суть - сидеть на месте она не умела. А если учесть, что с недавних пор шведка проходила обучение в штабе лиги Равновесия, то свободных часов стало катастрофически мало. Однако жалости к себе она не испытывала. - Мне нравится классическая музыка. Иоганн Бах на органе просто бесподобен, а его "Токката и Фуга" моё любимое произведение. Из фильмов предпочитаю эпоху 50х-60х годов, мне они кажутся более чувственными, и совсем не важно, каков будет конец у фильма, после них возникает желание действовать решительнее, а этого свойства мне немного не хватает в жизни... - Алесса вновь смущённо улыбнулась, понимая, что Джеймсу может быть совсем не интересно слушать чего ей там не хватает и как это исправляет девушка. - Я пока не учусь, занимаюсь оформлением документов. На ближайшие годы судьба прочно связала меня с Нью-Йорком, так что можно сказать, что в перспективе постоянное.
Алесса сделала глоток слегка остывшего кофе, что бы промочить горло, и несмело подняла глаза на мужчину. Что-то она разговорилась, но за неимением близких друзей, желание поговорить по душам хоть с кем-то перевешивало природную застенчивость.
- А ты, Джеймс... - девушка чуть подалась вперёд, глядя на него открыто, как будто приглашала и его доверится по сути первой встречной. - Давно в Нью-Йорке? Какие места интересные знаешь? Футбол, рыбалка, охота? Любишь петь или танцевать? - Она несмело рассмеялась, понимая, что это звучит, как избитое клише. - Я давно так ни с кем не сидела, давно не знакомилась... Спасибо за возможность узнать тебя. Теперь я знаю на одного хорошего человека больше, а это дорогого стоит, в наш-то век... - Линдберг тяжело вздохнула. Она не хотела чернить никого из людей, но такова уж действительность.

0


Вы здесь » THE NEW PEOPLE: EVOLUTION » Личные эпизоды » Девочки, хватит ссориться! Потом потаскаете друг друга за волосы.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC